Этот аромат помог понять, что в Орифлейме считается жасмином, как они его изображают в своей парфюмерии, как там искать и "измерять" силу жасминовой ноты. Оказался он похож на мюглеровского Пришельца, но более всего - на жасмин у Эйвона. Эти фирмы используют единый подход к этой ноте. Не индольный, свежий (но не настолько, как чистый самбак), немного водянистый, сладко-белоцветочный, аж нос щекочет. Именно белоцветочный (похожий на клубничный) аспект наиболее подчеркнут, как охотно воспринимаемый массовым покупателем. А в Эйвоне его вообще почти в каждый аромат добавляют.
Бюджетный и менее шлейфовый аналог Пришельца. Сандал слышно слабо, но достаточно, чтобы уловить его древесный дух.
