Самобытный аромат - он сочетает в себе аккорд, ставший уже бестселлером в мире парфюмерии - табачую кальянную вишню с корицей. В зависимости от оправы он дает разные акценты и характер. Но в Ксержоф пошли дальше - они сделали стартовые ноты вообще ни капли не намекающими на дальнейшее раскрытие. С пробирки аромат звучит больше своей базой с насыщенной табачной нотой, но стоит ему коснуться кожи, как первыми вылетают цитрусы, мёд, капелька табака и огромный букет жасмина. Достаточно интересная стадия - цветочно-фужерная с небольшим уклоном в восток. Потом цитрусы слетают так же внезапно, как ворвались, оставляя место жасмину, всё тому же табаку, но в явном окружении бобов Тонка. И когда наконец-то уходит жасмин, аромат представляет свою истинную сущность - вишневый табак со щепоткой корицы, стручком ванили и мощными бобами с едва заметными сухофруктами. Но здесь всё очень мягко, тонко, пушисто, и при этом - очень шлейфово. Вот умеют в Ксержоф делать даже признанные классические композиции со своим характером - когда длительно и громкость приличные, но и насыщенность никого не убьет. Снимаю шляпу.
А, и ещё его настоящая сущность очень похожа на Ирода (Парфам де Марле), только тот звучит этой стадией с самого начала и позволяет любить себя таким от старта и до финала, а Ксержоф при встрече предлагает прогуляться по солнечной цитрусовой Италии, даже не спросив, а хочется ли.)
