Что такое амбра на самом деле

Об этом очень подробно написал американский писатель Кристофер Кемп в своей книге «Плавающее золото. Естественная (и неестественная) история амбры».

Вольный пересказ отрывка из книги предлагается вашему вниманию.

Происхождение амбры

Серая амбра начинает свое долгое путешествие в темноте, под несколькими сотнями тонн морской воды, в теплой и пещеристой задней кишке кашалота.

Взрослый самец кашалота - самый крупный из зубатых китов. Чтобы поддерживать свою огромную массу тела - примерно 50 т для самца и около 20 т для самки, кашалот должен потреблять около 1 т пищи в день.

Всего за 1 час погружения, за пределами досягаемости солнечного света на глубину более мили, большой кашалот может проглотить сотни фунтов глубоководных кальмаров. После 20 минут неуклонного спуска вниз через все более холодные слои воды к зоне между 650 и 3300 футами ниже уровня моря, он прожорливо питается головоногими моллюсками, поедая кальмаров, вес которых варьируется от нескольких унций до двухсот фунтов.

Кашалоты дополняют свой богатый головоногими моллюсками рацион донными крабами и осьминогами, а также скатами и другими крупными рыбами, включая акул длиной до двенадцати футов.

В пищеварительной системе кальмары быстро расщепляются, остаются непереваренными только ротовые части, называемые клювом из-за их сходства с клювом попугая, а также негибкие и неудобоваримые глазные линзы и жесткий внутренний орган, похожий на перо.

Клювы кальмаров заслуживают внимания по одной-единственной причине: они помогают производить амбру. Как объясняет Роберт Кларк - выдающийся мировой эксперт по амбре - в «Происхождении амбры» от 2006 года, в тонну кальмаров, которые кашалот съедает ежедневно, входят несколько тысяч клювов кальмаров.

Кашалот имеет четыре отдела желудка. Пища переходит из одного в другой и попутно переваривается. Постепенно, после многократных ныряний и приступов ненасытного обжорства, желудки медленно наполняются непереваренными останками кальмаров. Это огромные сгустки острых, черных, прочных клювов кальмаров, которые сливаются, образуя большую плотную блестящую массу.

Каждые пару дней кашалот извергает их в океан. Это нормально. Важно отметить, что продукт, плавающая суспензия из непереваренного материала, не является серой амброй. Это китовая рвота. Эти два вещества невозможно спутать друг с другом. Несмотря на заголовки в газетах об обратном, кашалоты не изрыгают и не выкашливают амбру.

Для возникновения серой амбры требуются сложные процессы. Иногда масса клювов кальмаров передвигается через каждый из четырех пещеристых желудков кита в китовые извилистые кишки. Попав туда, она может стать серой амброй.

По оценке Кларка, это происходит примерно у 1% кашалотов. По некоторым методикам, которые являются неточными, популяция кашалотов во всем мире насчитывает примерно 350 тыс. особей. Это означает, что амбра производится только 3 500 кашалотами, разбросанными по всему Мировому океану, что объясняет ее редкость и необычность.

Изогнутые клювы кальмаров выходят из желудка, натирая и раздражая нежную слизистую оболочку кишечника. Растущая масса продвигается дальше по кишечнику и превращается в запутанное, неудобоваримое твердое вещество, насыщенное фекалиями, которое начинает закупоривать прямую кишку. Конгломерат действует как дамба. За ним скапливается кал. Постепенно фекалии, насыщающие уплотненную массу клювов кальмаров, становятся похожими на цемент, навсегда связывая суспензию. Она превращается в конкрецию - гладкую полосатую глыбу.

Растущий комок серой амбры полностью закупоривает проход, и у кита происходит фатальный разрыв кишечника. На этот процесс уходят годы.

Мертвый кит, теперь плывущий по течению в открытом море, медленно начинает раздуваться. Через несколько часов зловонный труп будет окружен акулами, которых притягивает кровь в воде. С воздуха чайки и буревестники шумным клубком осядут в воде вокруг того, что было кашалотом. Мелкие рыбки будут питаться им снизу, разрывая плоть. В какой-то момент кишечник будет разорван падальщиками, и серая амбра упадет в океан и начнет свое путешествие.

Только что изгнанная черная вязкая серая амбра - немного менее плотная, чем морская вода - медленно поднимается вверх. В конце концов, она достигает поверхности.

Она может десятилетиями кататься на волнах океанов. Она поворачивает к полюсу, а затем обратно, попадает в ловушку океанических круговоротов. Это путешествие ничем нельзя заменить. Как вино в бутылке, амбра медленно созревает в море. Медленно она вступает в реакцию с окружающей средой до тех пор, пока - окисленная соленой водой, деградирующая под солнечным светом и разрушенная действием волн - она не выбрасывается на берег где-нибудь на побережье Сомали, или на Филиппинах, или в северной Калифорнии, или в небольшой влажной бухте в Уэльсе, где ее и находят счастливчики.

В таком путешествии есть случайность и непредсказуемость. В разное время амбру находили в странных и удивительных местах.

И после того, как она будет найдена, нет никакого способа получить малейшую информацию об этом куске: когда и где он попал в океан, каким путем пришел к тому месту, где был обнаружен. Ему год, или он плавает двадцать и более зим по огромной круговой дуге через мировые океаны?

В зависимости от того, как долго амбра находилась в море, ее цвет и текстура изменяются. Она превращается из черного смолистого вещества в бледный светло-серый камень - как пемза, мел или высушенная глина. Ее поверхность может иметь блестящую патину; ее внутренняя часть содержит вкрапления клювов кальмаров, похожих на обгоревшие черные семена.

Она пахнет остро. «Уникальный, иллюзорный для точного описания, - писал Роберт Кларк, - запах амбры, как говорят, предполагает запах табака, дерева в старых церквях, сандалового дерева, запах прилива, свежей земли и свежих морских водорослей на солнце. Мне самому напомнили бразильские орехи».

Пахнет ли амбра церквями, бразильскими орехами, папоротниковой рощей или всем этим, она является востребованным компонентом духов и продается за грамм маленькими кусочками размером с гальку независимым парфюмерам или оптом тем, кто может себе это позволить.

Ее продают на пыльных базарах травники в Марокко и Каире, где она считается афродизиаком. По всему Ближнему Востоку ее используют в качестве ладана в религиозных церемониях. В Китае ее едят. На протяжении всей истории она использовалась как лекарство, как ингредиент в кулинарии, компонент ароматов, украшение, знак богатства, признание и празднование великой темной невидимой тайны океана.