Однажды, рано или поздно, мы находим тот аромат, который останавливает безудержную жажду парфюмерного коллекционера пробовать новое и накапливать опыт и флаконы. Приходит тот единственный, которого ждал… Иногда, найдя, мы снова теряем, ибо полюбили того, кто, фактически, уже становится просто парфюмерной историей.
Каждый год в октябре-ноябре наступает та особенная пора, когда природа начинает погружаться в глубокий сон. Ранние утренние туманы, холодные и неплотные, и от этого гораздо менее влажные по сравнению с летним периодом, практически нулевая температура, которая за ночь остужает землю, создают идеальную атмосферу для обнуления чувствительности моего носа.
В эти утренние часы мир не пахнет ничем, присутствует некая нулевая точка арома-пространства. Осень, богатая на ароматы опавшей листвы, сухой травы, прелой древесины, осень, с её запахами дождя, сена и грибов, показывает свою новую грань – грань холодного прозрачного кристалла. Такое же состояние я испытывала в глубокой холодной пещере, полной визуальных образов и совершенно ничем не пахнущей. Я люблю это время – оно приносит мне ольфакторный покой. Помогает немного переосмыслить мое восприятие ароматов, заново найти свой.
В прошлом году произошло чудо – ко мне приехал флакончик, купленный мной без малейшего понимания того, что меня ждёт внутри, выбранный не просто вслепую, но совершенно спонтанно. И именно он стал тем единственным, которого я ждала так долго – целых двадцать лет моего увлечения парфюмерией. Не думаю, что это – самый прекрасный из моих ароматов, но он полностью, до последней молекулы мой, часть меня. И как жаль, что мы, видимо, так жестоко разминулись во времени…
Встречайте – 
Van Cleef & Arpels Birmane
Год выпуска 1999 (мой флакончик 2000)
Относится к группе древесные, восточные
Парфюмер Richard Herpin
Верхние ноты: лимон, палисандр, бергамот, ананас
Средние ноты: гелиотроп, роза, орхидея
Базовые ноты: сандал, мускус, бобы тонка, ваниль (по версии Фрагрантики) или специи – по версии других источников
Что касается пирамиды – я бы больше согласилась с наличием специй, так как именно они (пряная смесь перца и куркумы) звучат на мне в базе сквозь нежную сладость. А ванильность, молочная и негромкая, очень свойственна гелиотропу, здесь очень яркому и долго солирующему. Я бы скорее назвала этот аромат восточным цветочным древесно-специевым. Ананас в пирамиде понятен, но является частью слаженного оркестра, и совершенно не добавляет аромату фруктовости. Название переводится как «бирманский», либо «бирманка, жительница Бирмы», и оно очень точно описывает содержимое. Бирманский характер этого аромата во всем – в сочетании остроты специй и сладости азиатского ананаса (именно с перцем там его и едят), в соседстве чувственного, и даже развратного аромата гелиотропа и буддийской сдержанности общего характера парфюма. Ароматы ценной древесины в этих странах – такая же обыденность, как береза в наших краях. И в Birmane палисандр и сандал звучат стойким и ненавязчивым фоном.
Для меня этот аромат – совсем не аромат-настроение, не является он и сексуальным бустером, не является и легким фоном. Это – очень личный аромат, аромат женщины, находящейся в полной гармонии с собой, и совершенно не задумывающейся о том, как она красива.
Стойкость меня потрясла – аромат продержался 24 часа на теле, душ его не смыл (правда, место, где был нанесен парфюм, не соприкасалось с мылом, только вода). На одежде – бесконечен. Ровно 16 часов звучал красивейший гелиотроп, не монотонный, переливающийся различными древесными нюансами. Потом – просто добавились специи … Шлейф не самый значительный, аромат не самый диффузный. Но он очень красиво изменяется, живет на коже и одежде, раскрывая новые грани. Сразу скажу – я не ищу стойкости в ароматах. Для меня стойкость – не критерий вообще, мне она безразлична. Но впервые мне хотелось ощущать аромат постоянно. Интенсивность звучания интеллигентная, явная, но ненавязчивая.
Слышала отзывы, что аромат – однозначный ретро… Мне так не показалось, но это все очень индивидуально. Его сложно сравнить с чем-либо… Есть какая-то очень похожая нотка в аромате Lancome Tresor, в том, первом выпуске. Но сказать, что они — братья, нельзя ни в коем случае. Вот Трезор – для меня ретро. У меня есть еще одна аналогия – Carven Paris Bangalore. Если исключить бальзамную составляющую – оба этих аромата с азиатским характером. В них – молочная ваниль сочетается со специями и ароматом прекраснейшей древесины, свойственной для винтажной азиатской мебели.
Этот аромат — моя любовь, уходящая и грустная, ибо аромат больше не выпускают. И в осеннем холодном прозрачном воздухе он звучит особенно прекрасно.
Оценка — 5, хотя здесь оценки очень субъективны.
Telegram
Google News